Мой сайт
Вторник, 25.06.2024, 02:21
Меню сайта

Форма входа

Поиск

Календарь
«  Июнь 2024  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Друзья сайта
  • Создать сайт
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Все проекты компании

  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

                            5.4. Мотивация коллектива.

                Последним, третьим макропараметром коллектива, который надо вывести из суммы индивидуальных, микросоциальных свойств, является мотивация. Система человеческих ощущений не распространяется вне организма, поэтому личное побуждение к действию/бездействию (являясь непосредственным продуктом человеческого центра эмоций) не влияет на взаимодействующий массив работников. Мотивация любых совместных действий, даже самых масштабных, всегда остаётся суперпозицией независимо формируемых индивидуальных стремлений. Следовательно, нельзя просто свести людей в один монолит, мотивируемый, например, успешно приобретаемой общей биоэнергией - такая модель будет неработоспособной.
                (Настоящая теория трактует расхожие штампы о стремлении обществ/государств/экономик/корпораций и других мегаобъектов/мегапонятий к чему-либо, по одному лишь факту их образования, как чистую демагогию. Реально стремиться к определённой цели или состоянию может только отдельный человек, а всё мало-мальски коллективное - лишь двигаться, подчиняясь сумме индивидуальных стремлений, способных меняться три раза на день, и в самых широких пределах.)


                            5.5. Либеральная мотивация.

                Для определения макропараметра «мотивация» рассмотрим трансформацию побуждения к труду по мере нарастания числа взаимодействующих членов коллектива.
                Когда человек работает чисто индивидуально (когда социальная среда тружеников вообще не содержит предприятий), то объём любых создаваемых/потребляемых благ всегда будет прямо пропорционален биоэнергетике исполнителя, помноженной на уровень его мотивации. То есть, между эффективностью действий кустаря-трудящегося и степенью его последующего потребительского удовлетворения всегда будет существовать железная причинно-следственная связь, воспитывающая здоровое трудолюбие. Для краткости назовём такое состояние «либеральным» . Соответственно, такими же «либеральными» будут все аспекты жизнедеятельности «либерала» - независимо трудящегося индивидуума (потребляемые блага, получаемые удовольствия, собственность и пр.).
                Члены микроколлектива из двух работников также всегда будут мотивироваться/трудиться вполне либерально, даже один из них хозяин а другой - раб. (Понятно, что применительно к рабу «либерализм» звучит несколько странно, но в используемой трактовке популярного термина первична не максимальная свобода – самый широкий спектр допустимых действий, а - независимость результата собственных действий от посторонних факторов - максимальная степень его определённости, в разрезе индивидуального поведения). Ведь занятому в микроколлективе рабу всегда гарантировано получение результата сделанного им выбора (между пайкой и розгами). Соответственно, чем случайнее связь между личным выбором и результатом действий индивидуума по его реализации (чем сильнее вмешательство посторонних факторов), тем менее либеральной будет такая жизнедеятельность.


                            5.6. Солидарная мотивация.

                Дальнейший рост размеров неиерархического коллектива быстро упирается в предел работоспособности общего информационного ресурса. От чего, кроме нарушения естественной микроколлективной самоуправляемости ломается и механизм либерального самораспределения результатов труда. Последнее автоматически останавливает процесс воспроизведения трудовой мотивации. (Если становится неизвестно - сколько человек вложил в общее дело и сколько он должен лично получить - то результат труда неизбежно теряет свою побудительную силу.)
                Задача восстановления управляемости большого коллектива имеет единственное безальтернативного решение - создание управленческой иерархии. Задача же поддержания коллективной мотивации имеет бесконечное множество решений, образуемых сочетанием (в произвольной пропорции) двух технологий. Первая - стимуляция трудолюбия за счёт придания управляющей иерархии дополнительной контрольно-распределительной функции, мотивирующей работников по-либеральному (каждому - по труду). Вторая - без персонального стимулирования, через равное или по потребности - деление результатов коллективного труда (каждому - за участие).
                Последняя формула расчёта за труд лежит в основе нового типа жизнедеятельности, принципиально отличающегося от либерального общедоступностью коллективно производимых благ/биоэнергии. Такие блага поступают в распоряжение членов коллектива вне зависимости от степени личного участия в процессе производства. В дальнейшем, будем именовать подобную трудовую мотивацию и все, связанные с ней факторы, «солидарными» (блага, удовольствия, собственность, мотивация, действия и сам мотивированно трудящийся - «солидарист»).
                Следует подчеркнуть важный момент настоящей теории - водораздел между либерально и солидарно мотивируемым оборотом биоэнергии проходит не по параметру численности коллектива, а по степени зависимости между усилием работника и получаемым за него благом/удовольствием. При «либеральном» режиме работы эта зависимость железная, а при «солидарном» - её нет вообще. (Ультралибералы могут составлять и миллионный иерархический коллектив, а солидарное предприятие может состоять и из сотни работников. Просто для кустаря-индивидуала зависимость труда и результата возникает автоматически, а для «колхозника» - только через искусственный контрольно-распределительный механизм.)

                            6. Законы коллективной мотивации.

                Из поведенческой модели человека и сути солидарно-либерального качества человеческого труда - вытекают пятый, шестой и седьмой - законы создаваемой социальной модели (далее именуемой солидарно-либеральной моделью, сокращённо - «СЛМ»):

                1. Закон хронического либерализма: нормальный человек в нормальных условиях - либерал, и только, в экстремальных - при остром дефиците биоэнергии - солидарист. (Для искусственного поднятия градуса солидаризма коллектива могут применяться «инструменты солидаризации», но их возможности ограничены.)

                2. Закон солидарного преимущества: солидарно мотивируемый коллектив имеет больший КПД, нежели - мотивируемый либерально. Причём, это преимущество растёт прямо пропорционально размерам коллектива. .

                3. Закон деградации элиты: элита предприятия меняет свою солидарную мотивацию на либеральную гораздо быстрее подначального ей народа. Причём, чем крупнее предприятие и чем выше его управляющая иерархия, тем эта разница в скорости десолидаризации будет больше.

                Для крупных соцобъектов и их систем параметр среднеколлективной мотивации перестаёт определять вектор приложения их совокупных усилий (в солидарно-либеральных координатах). Правило, что коллектив, состоящий из либерально мотивируемых работников, всегда будет производить либеральные блага, а из солидарно мотивируемых - блага солидарные, для макросоциальных объектов не работает. Поэтому, для сохранения работоспособности обществоведческой модели и в области макропроцессов нужен другой параметр/характеристика, которым станет форма собственности макрообъекта . Она, в отличие от интегральной мотивации, всегда однозначно соответствует солидарно-либеральному вектору приложения биоэнергии, производимой анализируемым макрообъектом. При этом, солидаризм/либерализм штатных сотрудников задаёт лишь КПД работы, в целом, не отражаясь на характере решаемых задач, выбор который производится, исключительно, хозяином/собственником данного предприятия/макрообъекта.


                            7. Демократия.

                Очевидно, что по закону деградации элиты, наёмные управленцы всегда будут стремиться перевести подначальное им солидарное производство в режим своей либеральной собственности - повернуть его коллективную деятельность в сторону преимущественного удовлетворения собственных, шкурно-элитных потребностей. Предотвратить данную «приватизацию» способно лишь мощное солидарное противодействие народной массы, устойчиво превосходящее «штатную» силу управленческой верхушки.
                Смещать биоэнергетический баланс в пользу неэлитного, подчинённого народного большинства призваны известные общественные механизмы, традиционно именуемые «демократическими»: разделение элиты на ветви власти, регулярные перевыборы, создание резервных элит-конкурентов, информационная прозрачность работы начальства и т.д. Хотя, если элита достаточно сильна (относительно народа) чтобы преодолевать ослабляющий эффект «демократических институтов», последние вполне могут функционировать и в режиме профанации, выступая лишь декорацией народовластия, за которой действует самостоятельная либеральная элита.
                Поэтому, настоящая теория трактует известное понятие «демократия» , отталкиваясь от сути данного социального феномена, а именно - как солидарное самоуправление. Которое (необходимо и достаточно) обеспечивается устойчивым биоэнергетическим преимуществом подчинённого коллектива (волей коллективного собственника) над наёмной управленческой элитой. Известные же социальные инструменты реальной демократии служат лишь усилителем солидарной народной воли, являясь необходимым аксессуаром демократического общества, но не достаточным.
                Что отражено в восьмом законе СЛМ - «состоятельности демократии»: демократическое по форме общество является таковым и по содержанию (солидарно самоуправляемым), если в нём коллективная биоэнергетика неэлитной человеческой массы системно перевешивает биоэнергию элиты.
                Если в коллективе не выполняется закон состоятельности демократии, то в роли хозяина и собственника объединённой биоэнергии всегда выступает элита, мотивируемая, естественно, либерально. Если же данный закон выполняется, то таким хозяином является коллектив. Поскольку консолидированная воля последнего всегда солидарна, то и коллективно-демократическая биоэнергетика всегда является солидарно ориентированной.



                            8. Общественный класс.

                С увеличением консолидированной человеческой массы до размеров полноценного общества (до нормальной страны), народная часть становится весьма неоднородной, от чего определение солидарного собственника коллективной биоэнергетики как просто «народ» перестаёт соответствовать реальности и работать в логической схеме. Восстановить корректность модели позволяет понятие «общественный класс», известное, в частности, из марксистского обществоведения.
                По логике СЛМ «общественному классу» К.Маркса соответствует достаточно большой коллектив, не имеющий иерархии и централизованного управления но, тем не менее, способный эффективно действовать для достижения определённых собственных солидарных целей.
                По закону соответствия, необходимыми условиями возникновения общественного класса являются:
                1. Наличие устойчивой солидарной проблемы, не решаемой однократным усилием (самовоспроизводящейся) и актуальной для потенциальных членов класса.
                2. Близость масштабов/уровня солидарной проблемы к масштабу повседневной деятельности членов класса.
                Очевидно, что эти два условия всегда исполняются в демократическом обществе, где главной хронической солидарной проблемой является деградация собственной элиты, а самым востребованным классовым солидарным народным действием - поддержание антиэлитного баланса биоэнергии (защищающего демократию от выхолащивания). Таким образом, общественный класс становится обязательным признаком реальной, небутафорской демократии.             В стабильном, нерасколотом на группировки обществе существует только два кандидата на роль хозяина государства - элита и общественный класс (в первом случае общественной биоэнергетикой либерально распоряжается элита, а во втором – солидарно, общественный класс). Если в обществе выполняется закон состоятельности демократии, то хозяином государства является общественный класс. Если данный закон не выполняется, то хозяином является элита, или единственный, консолидированный хозяин общества и объединённая биоэнергетика – отсутствуют, вообще.
                Обобщает взаимосвязи вышеперечисленных факторов последний, девятый закон теории СЛМ - «хозяина общества»: если у общественной биоэнергии есть хозяин, то это - либо элита, либо - класс. Если общество бесхозно, то оно не имеет ни консолидированной элиты, ни класса. Если хозяин общества - класс, то данное общество является демократическим.


                9. Последовательность общественных формаций.

                Как было уже сказано, наиболее масштабной социальной системой, рассматриваемой настоящей теорией, является «общество». Обобщённая модель последнего будет системой макрообъектов предыдущего уровня – «предприятий». Для отражения связи между характером человеческой деятельности и структурами работающих в них соцобъектов, сгруппируем последние по признаку принадлежности к определённому типу преобразования биоэнергии. Будем использовать самое простое деление - только на две категории, отличающиеся характером источника добываемой биоэнергии. Те виды деятельности, которые создают биоэнергию (преобразуя энергию природы и создавая информацию), отнесём к отрасли «экономических» . Те же виды, которые черпают готовую биоэнергию из социальной среды и, в основном, перераспределяют её – будут составлять отрасль «государственную» .
                Каждую из двух «отраслей» будет характеризовать интегральный показатель «степень монополизации» (меняющийся в диапазоне - от анархического нуля до абсолютистской единицы; чем меньшее число предприятий и чем большего размера, образует данную отрасль, тем выше степень её монополизации). Плюс, каждая отрасль характеризуется интегральным параметром «собственность» (показывающим усреднённую форму собственности по всем её элементам - либеральную/солидарную). Биоэнергию, для простоты, усредним по всему обществу.
                Итого, у социальной системы «общество» появляются следующие пять параметров, в достаточной степени характеризующих её поведение/состояние:

                1. степень монополизации отрасли «государство»
                2. форма собственности в отрасли «государство»
                3. степень монополизации отрасли «экономика»
                4. форма собственности в отрасли «экономика»
                5. уровень средней по обществу биоэнергетики.

                Комбинация первых четырёх параметров будет именоваться конфигурацией общества - «общественной формацией». Пятый параметр - биоэнергетику - логично использовать как аргумент функции «формация». Разворачивая эту функцию по координате растущей биоэнергии мы должны получить всю последовательность разрешённых формаций.
                Для наглядности и соответствия популярной терминологии выделим на оси абсцисс три этапных интервала - доиндустриальный, индустриальный и постиндустриальный. Первый будет начинаться от биоэнергетического нуля и заканчиваться на уровне, где общество получает возможность прокормить не только прожорливую иерархию государства, но и иерархически организованную либеральную экономику (демонополизированную, буржуазную). Далее будет следовать индустриальный интервал, простирающийся до уровня достижения рентабельности либеральных сверхпредприятий (ранга общенациональных), с которых начинается постиндустриальность. По мере движения по этой координате (по мере нарастания биоэнергетики в социальной среде) меняются условия реализуемости, устойчивости и оптимальности для определённых конфигураций, что и вызывает смену формаций.

                Согласно теории СЛМ, реализуемыми являются пять доиндустриальных формаций:

                1. Анархия - безэлитное, бесклассовое, недемократическое общество. Нулевая монополизация государства и экономики, при либеральной народной собственности на обе отрасли.

                2. Примитивная демократия - классовое, демократическое общество с подчинённой элитой. Монопольное государство, находящееся в солидарной собственности класса граждан и экономика низкой монополизации (выше анархической), в либеральной народной собственности.

                3. Демократия рабовладельческая - классовое, демократическое общество с подчинённой элитой. Монопольное государство, находящееся в солидарной собственности граждан – класса рабовладельцев, и экономика незначительной степени монополизации, в их же либеральной собственности.

                4. Феодализм - бесклассовое, недемократическое общество с независимой (от своего народа), раздробленной элитой. Государство в средней степени монополизации, в либеральной элитной собственности (феодалов), и минимально монополизированная, анархическая либеральная экономика, в собственности народной.

                5. Монархия - бесклассовое, недемократическое общество с независимой (от своего народа), консолидированной элитой. Государство в высокой степени монополизации, в либеральной элитной собственности, и минимально монополизированная либеральная экономика, в собственности народной.

                В индустриальном интервале располагаются четыре реализуемые формации:

                6. Буржуазная монархия - квазиклассовое, недемократическое общество с независимой (от своего народа), консолидированной элитой. Монопольное государство в либеральной элитной собственности и среднемонополизированная экономика, в либеральной народно-буржуазной собственности.

                7. Буржуазная демократия - классовое, демократическое общество с подчинённой, консолидированной элитой. Высокомонополизированное государство, в солидарной собственности класса буржуазии, и среднемонополизированная экономика, в либеральной собственности буржуазии.

                8. Военный коммунизм - классовое, демократическое общество с подчинённой, консолидированной элитой. Монопольное государство и монопольная экономика, в солидарной собственности общества.

                9. Социализм - бесклассовое, недемократическое общество с независимой (от своего народа), консолидированной элитой. Монопольное государство и монопольная экономика, в либеральной собственности (элиты).

                К индустриальному периоду можно отнести и две нереализуемые, утопические формации (интересные как характерные социальные феномены данного периода развития цивилизации, подтверждающие логику теории СЛМ):

                10. Утопический социализм - классовое, демократическое общество с подчинённой, консолидированной элитой. Высокомонополизированное государство, в солидарной собственности класса трудящихся, и среднемонополизированная экономика, в солидарной собственности трудовых коллективов.

                11. Коммунизм - классовое, демократическое общество с подчинённой, консолидированной элитой. Государство с нулевой монополизацией, в либеральной собственности народа, и монопольная экономика, в солидарной собственности класса трудящихся (пролетариев).

                В постиндустриальном интервале располагаются две реализуемые формации:

                13. Постиндустриальная буржуазная монархия - квазиклассовое, недемократическое общество с независимой (от своего народа), консолидированной элитой. Монопольное государство - в либеральной собственности элиты и среднемонополизированная экономика в либеральной собственности той же элиты и остатков буржуазного класса.

                12. Постиндустриальный феодализм - бесклассовое, недемократическое общество с независимой (от своего народа), раздробленной элитой. Среднемонополизированное государство и среднемонополизированная экономика, в либеральной собственности феодальной элиты и зародыша буржуазного класса.

                Наглядно отразить системные особенности вышеперечисленных общественных формаций позволяет распределение их полного набора на координатной плоскости, где по оси абсцисс откладывается параметр среднеобщественной монополизации (объединяющий соответствующие показатели двух отраслей - государства и экономики), а по оси ординат распределяется параметр интегрального солидаризма общества (как усреднённый по двум отраслям уровень солидарной собственности).



                10. СЛМ-анализ других обществоведческих теорий.

                Сопоставление исторической реальности и последовательности общественных формаций, построенной на основании теории СЛМ, стало первой проверкой нового обществоведения в целом. Вторым тестом на достоверность будет трактовка с позиции СЛМ других заметных обществоведений. Последние будут рассматриваться как закономерные социальные феномены, характеризуемые связкой четырёх логичных атрибутов: ошибок, рационального зерна и коллизий практического применения. Рассмотрим пять известных теорий:

                1. Марксистское обществоведение - «исторический материализм»
                2. Буржуазно-демократическое обществоведение.
                3. Традиционно-современное обществоведение С.Г.Кара-Мурзы.
                4. Этногенез Гумилёва.
                5. Климатическая теория Паршева (пресловутая горькая теорема).

                С точки зрения теории СЛМ, главный, системный изъян всех пяти теорий – философская технология их создания. Как было уже сказано выше, не возможно работоспособное теоретическое описание (модель) такой сложной системы как общество, не основанное на модели отдельного индивидуума и ограничивающееся лишь философским анализом макропараметров. Приемлемая степень правдоподобия философской обществоведческой модели достигается только тогда, когда она охватывает лишь небольшую, наиболее «удобную» часть полного набора социальных процессов и реакций. Что и делают авторы всех пяти концепций – тем или иным способом обходя тему, собственно, человека, замыкаются на анализе избранных групп макропоказателей общества.


                11. Формация современного российского общества.

                В конце 80-х годов 20-го века Россия (вместе с остальным СССР) переживала острый кризис перезревшего социализма (перешедшего границу допустимой либеральности макрообъектов – государства и экономики, заданную имевшимися в распоряжении советского общества ресурсами). Главным результатом этого кризиса стала потеря устойчивости общественной системы и распад обоих социалистических монопольных отраслей (экономики и государства). В ходе этого распада осколки советского общества пережили различные формационные переходы - из социализма они скатились в феодализм и буржуазную монархию (одни в - суверенные, другие - в марионеточные, разных уровней биоэнергетики).
                К середине 90-х в российском обществе вполне сложился постиндустриальный феодализм (со всеми его характерными экономическими и политическими чертами , связанными, прежде всего, с раздробленностью госотрасли на множество частных вотчин). Дальнейший дрейф России, связанный с укреплением и консолидацией группировок крупнейших феодалов, ведёт общество к суверенной (ресурснообеспеченной) постиндустриальной буржуазной монархии, признаки чего мы и наблюдаем в настоящий момент.
                Обильные сырьевые и монопольные доходы позволяют российской монархической верхушке уверенно доминировать в обществе, постепенно избавляясь от марионеточной, прозападной компоненты (широко внедрённой в российскую элиту в дегенеративный анархо-феодальный период) и подчиняя/поглощая нелояльные феодальные вотчины (вроде ЮКОСа и ваххабитской Чечни).
                Главный бич российского общества - феодальный паразитизм - фактор безусловно негативный и монархическая элита с ним пытается бороться, правда, с переменным успехом - поскольку содержание поддерживающей центральную власть госбюрократии во многом рассчитано на «подножный корм» - кормление на бизнесе, обывателях и разработчиках природных ресурсах. От чего средне-мелкий предприниматель как прозябал, так и прозябает, а паразитическая инфляция не опускается ниже 15-20% годовых.
                Если Россия, Казахстан, Китай и ряд других постсоветских стран, двигаются к постиндустриальной буржуазной монархии «слева», от социализма, то развитые страны Запада идут в ту же точку «справа», прощаясь с капиталистической буржуазной демократией. Самые наглядные признаки этой эволюции - последние военные авантюры США и НАТО, и абсурдные действия, вызванные последним экономическим кризисом. Они совершенно игнорируют солидарные потребности своих обществ и направлены на удовлетворение чисто шкурных интересов кучки хозяев ТНК и высших госчиновников. К тому же разряду монархического шкурного самодурства относятся и вопиющие по своей глупости проекты вроде «альтернативных экологичных топлив», наращивания вооружений для победы в ядерной войне, плановый завоз гастарбайтеров и т.д. Вместо того, что бы системно решать возникающие проблемы, представители правящих элит банально греют на них руки, лишь имитируя защиту буржуазно-солидарных интересов.
                Вышеописанные негативные черты постиндустриальной буржуазной монархии представляются достаточным основанием для целенаправленного поиска путей изменения господствующей формационной тенденции, чему будут посвящены дальнейшие изыскания и, возможно, помогут следующие назревшие реформы. .


                (По мере публикации новых разделов дополняется и краткое изложение. Желающих приложить руку к данной теории - милости просим. Об условиях сотрудничества - по мере поступления конструктивных предложений на адрес igоriv@bк.ru )
                                    ГЛАВЫ:     1     2     3     4     5     6     7     8     9